Лениниана - произведения искусства и литературы, посвящённые Владимиру Ильичу Ульянову (Ленину). Живопись, скульптура, кино, литература, филателия, фалеристика, фольклор, театр и многое другое.



Детям о Ленине | Утренний гость

Зверинцев Андрей | Утренний гость

Студент Петербургского университета Михаил Сильвин лежал в постели, натянув поверх одеяла форменную шинель. Он только что проснулся.

В комнате было холодно. Хозяйка квартиры, жадина, боялась бросить в печку лишнее полено. Сильвин сложил губы трубочкой и подышал. Горячий воздух тотчас же превратился в облачко пара.

Неожиданно в дверь постучали. Раздался голос хозяйки:

- Мишель! Мишель! Вставайте, к вам гость!

Сильвин вскочил. Набросил на плечи шинель. На всякий случай спрятал под матрас недочитанную за ночь запрещенную брошюру.

Гостем оказался невысокий молодой человек в осеннем пальто, по виду – студент.

Румяное с мороза лицо. Небольшая бородка. Темные с прищуром глаза.

- Здравствуйте, Михаил Александрович, - сказал гость, весело оглядывая заспанного Сильвина. Улыбка у гостя была хорошая, и Михаил тоже улыбнулся в ответ.

- У меня к вам письмо, - сказал молодой человек, расстегивая пальто и доставая конверт. – Из Нижнего… от товарищей.

- Из Нижнего? – обрадовался Сильвин. – Выходит, мы земляки…

- Не совсем. В Нижнем я был проездом…

- Знаете, а не выпить ли нам чаю? – поеживаясь от холода, предложил Сильвин – Сейчас скажу хозяйке…

- Нет, нет, не беспокойтесь, - отозвался гость. – Я ненадолго.

- Ну, тогда давайте присядем. С вашего позволения, я немедля и прочту сие. – Сильвин распечатал конверт, и глаза его побежали по строчкам.

Внезапно, не дочитав еще и до середины, он повернулся к гостю:

- Вы брат Ульянова?

- Да, - просто ответил тот, слегка щурясь. – Я брат Александра Ульянова. Владимир Ильич Ульянов.

Сильвин вскочил и начал ходить по комнате. Сунул письмо в шинель.

- Так вы брат Ульянова!

С детских лет Михаил буквально боготворил борцов за народное дело, за свободу.

Декабристы. Андрей Желябов. Дмитрий Каракозов…

И наконец, - Александр Ульянов – студент Петербургского университета, также погибший в борьбе за освобождение народа от ненавистного самодержавия.

Коротки, но ярки, точно блеск молнии, жизни этих людей.

Михаил старался хоть в чем-то походить на них. Он хранил листки с записью речи Александра Ульянова на суде… Знал почти всю ее наизусть…

И вот сейчас, здесь, в комнате, перед ним сидит брат Александра.

Сильвин почувствовал, что готов броситься и обнять этого молодого человека. Волнение мешало ему сосредоточиться.

- И вы, значит, тоже с нами? – только и нашелся сказать он.

Ульянов ничего не ответил.

Михаил снова опустился в кресло.

- Простите ради бога, - смущаясь, произнес он. – Но что, собственно, помешало им тогда? Заговорщиков, наверное, предали?

- Они вышли на Невский с бомбами, сделанными в форме книг и биноклей… - неохотно сказал гость. – Но их выследили. Царь был предупрежден и не выезжал. А их схватили, бросили в крепость, затем судили и повесили.

- Вот как! – печально произнес Сильвин.

- Не надо об этом, - попросил гость. – Расскажите-ка: чем сегодня живет университет? Много ли в революционных кружках рабочих?

Михаил с жаром принялся рассказывать петербургские новости.

Он уже верил этому человеку. Верил, как самому себе.

«Разве брат Александра Ульянова может быть иным?» - думал он.

И рассказывал гостю про университет. Про рабочие кружки на заводах и фабриках. Правда, было кружков еще не слишком много…

Рассказал и про революционный кружок студентов Технологического института, к которому принадлежал сам. Про то, как проходят собрания в кружке. О занятиях с рабочими.

Приезжий жадно слушал.

«Да, именно здесь, в Петербурге, с его огромными фабриками и заводами, с мощным рабочим классом, надо создать организацию революционеров, способную перевернуть Россию», - думал Владимир Ульянов.

- На днях представлю вас нашим, - сказал Сильвин, заранее предвкушая, как обрадуются кружковцы знакомству с братом Александра Ульянова. – О времени сообщу.

- Непременно, - кивнул гость. – Буду ждать.

Вечером того же дня Сильвин направился к студенту-технологу Глебу Кржижановскому.

Михаил едва дождался вечера – так ему хотелось рассказать кружковцам о своем знакомстве с братом Александра Ульянова.

Кржижановского, как назло, дома не оказалось.

Выйдя на улицу, Сильвин подумал-подумал и решил зайти к Герману Красину, тоже студенту Технологического института.

Герман был одним из создателей кружка. Кроме того, он раньше других вступил на революционную дорогу. Раньше успел прочитать труды величайших немецких мыслителей и революционеров Карла Маркса и Фридриха Энгельса. Маркс и Энгельс учили: только рабочий класс сможет довести до победного конца революционную борьбу против капиталистов и построить коммунистическое общество.

Великие немецкие революционеры призывали рабочих объединяться.

«Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» - писали они.

Тех, кто распространял учение Карла Маркса и Фридриха Энгельса, называли марксистами.

Германа Красина считали в кружке знающим марксистом.

К его словам прислушивались все кружковцы.

Герман был дома. Он сидел за столом, заваленным словарями, и переводил с немецкого статью о борьбе рабочих в Германии.

- Могу предложить чаю с вареньем и кусок ситника, - сказал Красин, не поднимая головы от работы.

- Какой там ситник! – замахал руками Михаил. – Сейчас я тебе такое скажу…

- Скажи, скажи, - кивнул головой Красин, продолжая отыскивать в словаре незнакомые слова.

- Ни за что не догадаешься, кто ко мне утром приходил. – Сильвин схватил стул и придвинул к заваленному книгами столу.

- Уже догадался. – Красин поднял голову и посмотрел на взволнованного Михаила. – Петербургский градоначальник фон Валь собственной персоной.

Сильвин пропустил шутку мимо ушей.

- Брат Александра Ульянова с письмом из Нижнего!

- Интересно, - поднял брови Красин. – Брат Ульянова… Да-а… И чего же он хочет?

- Познакомиться с кружком.

- Познакомиться с кружком? – Красин подпер карандашом щеку. Задумался. На лице его появилось высокомерное выражение, которое не нравилось Михаилу. – Ну, что ж… Обсудим, - задумчиво сказал он.

- То есть как это «обсудим»? – взорвался Сильвин. – Чего обсуждать? Все и так ясно как день. Брат Ульянова – лучше рекомендации не придумаешь. Или ты не доверяешь нижегородцам?

- Брат братом, - произнес Красин, не меняя позы. – А сам-то он каков? Где письмо?

- Как «где»? – удивился Сильвин. – Сжег, конечно.

- Конспиратор, - усмехнулся Красин. – Извиняюсь… Так о чем там в письме?

- Пишут, что не новичок. Знаком с работами Карла Маркса, широко образован. Одним словом, очень грамотный марксист. Просят свести с кружковцами.

- Гм… Грамотный марксист! Кто только не считает себя грамотным марксистом сегодня… Вот мы и проверим, какой он такой грамотный марксист, твой Ульянов!

И Красин снова принялся перелистывать словарь.

Вернувшись домой, Михаил попытался обдумать события дня.

Утренний гость произвел на него самое хорошее впечатление.

Судя по вопросам, которые тот задавал, - серьезный молодой человек. Ничего не скажешь.

Сильвин ни на минуту не сомневался, что и другим кружковцам младший Ульянов непременно понравится.

Не сомневался Михаил и в нижегородцах, которые ручались за Владимира Ульянова.

Огорчало одно: отношение Красина… Уж Герман постарается устроить новичку экзамен. Жаль, если молодой человек окажется слабее Красина.

«Надо будет предупредить Ульянова. Пусть подготовится», - подумал Сильвин и решил написать волжанину письмо. Написав две страницы, Сильвин прочитал их и порвал. Начал писать снова – и снова не понравилось. Порвал и этот листок.

«Лучше завтра схожу к нему сам и поговорю, - решил Михаил. – Утро вечера мудренее».

Однако два последующих дня Сильвин был занят и не выбрался к Ульянову.

Наконец Михаил отложил все дела и пошел.

И только он со двора – навстречу студент-технолог Василий Старков.

- Герман просил передать брату Ульянова, что мы ждем его завтра у Кржижановского.

- Завтра? – растерялся Сильвин. – Уже?

- А чего мешкать? – хмуро отозвался Старков.

- Но почему именно завтра? – с досадой повторил Сильвин.

Завтра в назначенное время Михаил должен быть в рабочем кружке, и, таким образом, ему не придется присутствовать на экзамене. А он так надеялся поддержать новичка. Вот обида!

Старков молчал.

- Ладно, - кивнул Сильвин. – Передам… Только скажи Герману, ученостью своей пусть не злоупотребляет. Человек-то как-никак из провинции приехал…

Старков опять ничего не ответил. Он не понимал беспокойства Сильвина. Если этот приезжий действительно грамотный марксист, чего волноваться?

Расставшись со Старковым, Сильвин заспешил на Ямскую, где жил Ульянов.

Молодой человек был дома и приветливо встретил гостя.

- Как вам понравился Петербург? – поинтересовался Сильвин. – Не скучаете?

Глаза Ульянова весело прищурились. Так же, как в то утро, когда заспанный Михаил предстал перед гостем.

- Какая уж тут, батенька, скука, когда рядом такая библиотека… Вот-с, видите… - Ульянов показал на лежащие на столе мелко исписанные листы бумаги – плоды ежедневных хождений в читальный зал.

Михаил покраснел. Сам он не раз собирался пойти в Публичную библиотеку поработать, да все было не выбраться.

«Напрасно, пожалуй, я за него волнуюсь», - подумал Сильвин и стал сравнивать этого волжанина с Красиным.

Ульянов был проще. Держался дружелюбнее. В глазах, казалось, постоянно вспыхивали огоньки любопытства к собеседнику, и это делало его лицо особенно привлекательным.

- Завтра вас ждут на квартире Кржижановского, - сказал Михаил. – Вот адрес.

Он протянул Ульянову листок.

- Превосходно, - кивнул молодой человек. – Я готов.

Уходя, Сильвин все же решил предупредить об экзамене.

- Возможно… будут некоторые расспросы по части Маркса, - смущаясь, произнес он.

- Иначе и быть не может, - ничуть не удивился Ульянов. – Хорошие же были бы мы с вами революционеры, если бы принимали в кружок без проверки.

«Нет, он за себя постоит», - обрадованно подумал Михаил.

И ушел успокоенный. Все будет в порядке.

Из сборника рассказов о Владимире Ильиче Ленине "Самый дорогой друг".

Просмотрено: 149